Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
00:34 

Тема 1. "Сомнение", Айзен|Зараки

serranef
Смерть - это так пошло. По возможности старайтесь этого избегать.
Тема: Сомнение
Название: A la guerre comme à la guerre
Автор: serranef
Бета: ...
Пейринг/персонажи: Айзен, Ячиру, Зараки
Категория: джен
Рейтинг: G
Жанр: общий
Дисклеймер: да Кубо его знает, у кого права на Блич
Предупреждения: часть общей истории, но с точки зрения хронологии не начальная, поэтому многое пока за кадром и Зараки, как такового, пока нет)

К войне быстро привыкаешь.
Северный фронт протянулся по всей линии Маннергейма. Смерти, боль, бессмысленность, отчаяние… и всё то, чем наполнен воздух вместо кислорода. Впрочем, шинигами, к счастью, не нуждаются в кислороде. А командование, помимо прочего, полагает, что они и в отдыхе не нуждаются. И даже в снятии ограничителей.

Люди в древние времена слагали легенды о валькириях, что кружили над полями сражений. Они представлялись ужасными духами смерти, что забирали души то в ад, то в рай. Позже эпоха романтизма придала им женским облик, но… легенды не возникают на пустом месте.
Пустые и шинигами всегда сражались за души умерших, особенно во время войн, когда гарганты были столь же частым явлением в небе, как и облака. Люди с духовной силой видели эти сражения и трактовали их и участников оных так, как им позволяла существующая религия – ангелы, демоны, духи…
Шинигами.
***

Два отряда на огромный северный фронт. День за днём, неделя за неделей, месяц за месяцем… серость. И холодное северное небо, и непроходимые хвойные леса…
Нельзя спасти всех, нельзя уничтожить всех пустых, потому что на полях сражения большинство душ поддаётся отчаянию и теряет сердца. Твари приходят на «званый ужин» с небес, твари рождаются на передовых и этот нескончаемый поток нужно хоть как-то контролировать, но иногда…
Иногда случается непредвиденное и на самих шинигами открывают охоту вастолорды, чувствующие, что способны на это. Что им простые души, когда в хаосе войны есть шанс заполучить деликатес?
В тот вечер организованная атака пустых была громом среди ясного неба. Организованная кем-то сильнее уровня адьюкаса, что рвались в бой в первых рядах. Но даже несмотря на это капитан пятого отряда мог покончить с волнами довольно быстро, если бы не одно обстоятельство – он был не один, а высвобождение силы Айзена могло привнести потери не только в ряды пустых. Приказ для отрядов «отступать» был своевременен, не подлежал обсуждению и оттого выполнен. И единственный, кто мог позволить себе с ним не согласиться красочными руконгайскими выражениями был Зараки Кенпачи.

Как Айзен относился к своему вынужденному напарнику на фронте? Айзена не ставили ни во что, презрительно называя капитаном снабженцев и Соуске был максимально вежливо-холоден в ответ, считая сложившиеся взаимоотношения самыми верными. Ему не было дела до Кепачи, менталитет этого шинигами был слишком далёк от Соуске и капитан пятого не проявлял к нему должного интереса. Но этот бой… многое изменил.
Нужно сказать, не самый лёгкий бой по чужим правилам. Однако всё проходит. Важно лишь то, с какими последствиями для сторон. Впрочем, сам бой и его ошибки совершенно отдельная история.
Сейчас же над финским лесом занимался рассвет.

Последствия его банкая всегда заметны – запасы реяцу были на нуле. Суйгецу молчал. Айзен подумал о том, что ему следует быть более осторожным со своим занпакто, ведь использовать банкай после долгих лет перерыва несколько… необдуманно. Впрочем, некоторый дискомфорт от этого вскоре должен был пройти, равно как силы – вернуться в полной мере.

Он чувствовал холод впервые за всё время здесь – реяцу не хватало на отторжение земных реалий. Но несмотря на это, ночь прошла без осложнений и сновидений. Разве что утро… но у капитана пятого были куда более важные дела, чем жалобы на своё самочувствие.
Айзен откинул ткань и вошёл в медицинскую палатку.

Зараки спал. Кроме его девочки-лейтенанта более никого не было. Ячиру примостилась рядом, обнимая руку капитана своими миниатюрными ладонями. Спала? Да, спала. Что ж, значит, всё не так уж плохо – пару дней и к Кенпачи вернутся силы, а медики залатают раны. Во всяком случае, попытаются... Попытаются убедить Зараки, что это всё же необходимо.
Айзен безмолвно наблюдал за этой картиной. Зараки Кенпачи. Выходец из руконгайских районов, впрочем, как и он сам. Умён в должной мере, но слепо верит в то, что в мире реяцу можно победить лишь за счёт грубой силы. Его реяцу в бою как солнечный ветер – смертоносна, но рассеяна и оттого просто не представляет угрозы для шинигами чуть выше уровня капитана. Глупо винить Зараки в том, что тот пребывает в глубоком заблуждении касательно кидо, ведь в первую очередь в этом виноват сотайчо, посчитавший, что и кендо вполне достаточно. Никому нет до этого дела, никто не будет переубеждать. Готей замер в развитии на уровне феодолизма, где каждый капитан скорее позиционируется как феодал, служащий сюзерену. И последнего интересует лишь общая боевая мощь, а самостоятельность первых стала нормой. Если бы власть была централизована, а взаимодействие между отрядами улучшено…
Айзен бросил взгляд на мази возле столика и опустился на пол, выбирая нужную.
… то многие проблемы бы просто отпали. До тех пор, пока капитаны будут вести свою собственную политику, порядка не будет. Никто плотно не занимается обучением Кенпачи лишь потому, что общая боевая мощь вполне устраивает. Готей расслабился, забывая о должной форме. Разве не верно говорят, что рыба гниёт с головы? В таком случае у рыбы под названием «Общество душ» проблемы.
Соуске закатил рукав собственного косоде, втирая во вчерашнюю рану мазь. В воздухе пахло пряными травами и настоями, от запаха которых клонило в сон.
Им не нужна централизованная власть и те осколки, что остались от неё, лишь порой ранят мозоли на задницах шинигами из Совета, а сотайчо слишком стар, чтобы заняться реорганизацией. Всё потеряло смысл. Нет сильного врага – нет стимула к переменам. Это более чем естественно, но ведь и предложения о переменах они воспринимают, как предательство. Стагнация.
- Капитан Айзен, - детский голос вывел Соуске из задумчивости. в следующий миг он не без удивления наблюдал за тем, как ладонь Ячиру опустилась в мазь, а затем оказалась на его руке. Кажется, лейтенант одиннадцатого вообще не считала нужным спрашивать такую безделицу, как разрешение помочь. – Вы ведь помогли Кен-чану, да?
- Капитаны должны... помогать друг другу, в этом нет ничего особенного, - Айзен не стал вдаваться в подробности произошедшего, да и не к чему это было. Рано или поздно Зараки сам придёт за объяснениями и это будет не самый приятный разговор, но пока об этом думать не стоило.
- Наверное, Кен-чан будет сердиться на вас за это, но…, - девочка улыбнулась, - вы не обращайте внимания, он в мыслях совсем другое будет думать. Поэтому я вам и от него, от себя спасибо скажу. Вот. А Кен-чан сильный, он скоро поправится и всё будет хорошо.
- Я и не…, - голос капитана пятого этим утром звучал непривычно хрипло.
А что «не», Айзен не знал. Как-то мысли стали резко несущественными на фоне того, как этот ребёнок аккуратно и со знанием дела обрабатывала рану, готовясь перевязать. Было видно, что это для неё – рутинное занятие. В целом, ничего особенного, но как-то это всё неожиданно выбило Соуске из привычной колеи мыслей.

И ведь они не предадут друг друга. В их мире нет такого понятия, как «предательство». Потому что их мир ограничен их мировоззрением, которое, в свою очередь, ограничено стремлением к его расширению. Замкнутый круг, попадя в который, можно обрести счастье неведения. Но это так… непозволительно мало, что можно взять от жизни. И всё же, это лучшее, что мог пожелать Зараки Кенпачи. Для человека его склада… да, пожалуй, действительно лучшее.

Вот только несмотря на всю логичность мыслей Айзен не мог отделаться от ощущения, что с ним этого происходить не должно, словно он ворвался в чужую жизнь и пытается жить по её законам. Ячиру выражала благодарность? Не только. Лейтенант желала помочь. За годы жизни в Готее Айзен привык принимать помощь со снисходительностью в мыслях и благодарностью на лице. Люди сами не понимают того, что, оказывая помощь, они в первую очередь делают это для себя. Так им легче и спокойнее жить. Но нужна ли эта помощь?
Соуске, мягко говоря, не сильно любил, когда за его счёт пытаются добиться душевного равновесия. Особенно когда видел счастливые глаза офицера пятого отряда. «Я принесла вам чай, капитан Айзен». «Спасибо, Сайко, он у тебя чудесно получается». Даже если его невозможно пить. Боже, боже, это становится для них наркотиком. И даже не придёт им в голову, что если убрать человека-центр из их жизни, то она рассыпется пылью бессмысленности.
Помощь – это желание быть нужным.
Айзен понимал это, использовал это, но, как и любую слабость, не считал для себя приемлемой.

И, наконец, наблюдая за тем, как Ячиру завязывает последние узлы на повязке, Соуске понял, что его так насторожило – сейчас он этого не ощутил. Лейтенанту 11-ого всё равно, существует на свете Айзен Соуске или нет. Ей не нужно одобрение или самоутверждение – она самодостаточна, а помогает лишь потому, что так должно быть. И так захотелось. А если хочется, то можно, да, правда ведь, капитан Айзен?
За этой помощью скрывался эгоизм. Нужный, верный, понятный Соуске эгоизм ребёнка, который действительно смотрит на мир иначе. Совсем иначе. В отличие от Зараки, в окружении капитана пятого отряда просто не было таких людей. Но осознание принесло успокоение и напряжение спало. Айзен провёл ладонью по повязке и спустя пару секунд встал.
- Я благодарю тебя. И, если это не будет сложно, сообщи мне, когда капитан Зараки придёт в себя.
- Конечно, - улыбнулась в ответ Ячиру, уже вернувшаяся на своё законное место рядом с Кенпачи. – Но Кен-чан всё равно будет ругаться.
- Это ничего, - мягкая улыбка коснулась губ Соуске при виде этой картины - теперь вид этих двоих вызывал странное чувство.

Редкий момент бытия, когда Айзен улыбался потому, что ощущал в этом потребность. Очень редкий.
Даже когда он вышел из палатки, искренняя улыбка оставалась на его лице ещё некоторое время, а затем Соуске вдруг обернулся. То самое свербящее чувство сомнения, что он упустил что-то важное, никак не покидало капитана всё это время. Быть может, Зараки Кенпачи заслуживает более пристального внимания? Быть может, понимание его мировоззрения поможет Соуске лучше изучить людей его типа или же Айзен просто…
«Нелепость»
… на секунду усомнился в своём?
Взгляд шинигами упал на повязку и…
Айзен больше не улыбался.

@темы: Айзен/Зараки, Марафон-2, Тема 1 "Сомнение"

Комментарии
2011-10-28 в 17:31 

veliri
адекват не мой формат;
здорово. не ожидала, что при равнодушном уже отношении к Бличу прочитаю с таким интересом... интригующая завязка. и вкрапления...политического тоже порадовали. отдельно глянулся сам язык изложения, очень приятный и лёгкий.
буду ждать продолжения))

   

Драббломания

главная