Шнайзель
Брюс: "Но как сделать так, чтобы тебя любили, не нарушая при этом свободы воли?" Бог: "Когда узнаешь ответ - дай мне знать."
Ну... если меня ещё не дисквалифицировали - приступим-с.

Тема: Сомнение
Название (общее): Одиночество
Автор: Шнайзель
Бета: нету таких...
Пейринг/персонажи: Айзен|Гин
Категория: не дождетесь джен
Рейтинг: G
Жанр: общий, с некоторыми элементами ангста; нечто среднее между AU и missing scene
Дисклеймер: Кубо Тайто, а вы что думали?
Таймлайн: Где-то между Маятником и началом манги, Гин ещё лейтенант Айзена
Предупреждения: Т.к. понятие "ООС" является до некоторого предела субъективным и не имеющим точного определения и точных критериев проверки, то, возможно, оно здесь есть. А может быть и нет. Кто знает?

Глава 4


- Только не забывайте о нашем уговоре, Ичимару-сан! – и дверь захлопнулась. Визит, к которому он готовился столько лет и ради которого рисковал столь многим, окончен. Ичимару Гин остался стоять на пороге, спиной к закрытой двери, обуреваемый странным, неприятным чувством, подобного которому он не испытывал никогда прежде. Так, наверное, чувствует себя альпинист, взобравшийся на вершину, к которой стремился всю жизнь, и обнаруживший, что с этой вершины открывается вид на гору, по сравнению с которой его вершина – не более чем маленький холмик. Неприятное чувство. Внешне Гин выглядел как всегда невозмутимым, долгие годы прежней жизни, жизни двойного предателя, научили его владеть лицом и полностью скрывать любые, даже самые сильные эмоции. Внутренне же он словно стоял на самом краю внезапно разверзшейся перед ним бездны. Ещё одно крайне неприятное чувство тяготило его – сомнение. Он впервые за долгое, очень долгое время не знал, что делать. Слова, поколебавшие его решимость, перевернувшие всё его представление о жизни, по-прежнему звучали в его сознании, повторяясь снова и снова.

- Боюсь, что ваше предложение неприемлемо, Ичимару-сан. Я не намерен объяснять вам детали и подробности, сами понимаете почему, могу лишь сказать, что Айзен нужен мне живым и невредимым в течении достаточно долгого времени. Что касается вашей проблемы, то могу вас успокоить – в своё время Айзен будет обязательно уничтожен, причем без малейшего вашего вмешательства. Я ручаюсь за это, просто поверьте мне на слово. И если вы пообещаете мне не вмешиваться в эту историю, то я, в свою очередь, обещаю вам – когда Айзен будет повержен, я выполню вашу просьбу и помогу вам вернуть то, что было отнято у вашей… подруги. Хоть по вам и не скажешь, но вы удивлены и озадачены, я полагаю. Расслабьтесь, Ичимару-сан. Вам ничего не нужно делать. Предоставьте всему идти своим чередом. Плывите по течению. Расслабьтесь и ждите, всё, что должно, будет сделано другими. Договорились?

Поверить этому типу на слово и действительно ничего не предпринимать, ожидая неизвестно чего? Мысль на грани безумия. Но что ещё можно сделать? Бывший капитан двенадцатого отряда ясно дал понять – если Айзен будет убит раньше «должного времени», то ни о какой помощи в извлечении похищенного не может быть речи. И это ещё в лучшем случае. Но если не этот тип, если не основатель Бюро Технологического Развития, то кто ещё мог бы сделать подобное? Куроцучи Маюри? Нет, вот уж это точно бред. Даже если этот псих и правда не менее одарен и талантлив, чем Урахара, обращаться к нему с подобным предложением – равносильно самоубийству. Ему, Гину, просто нечего предложить взамен. А без товара для равноценного обмена, Маюри просто сдаст его. Так рисковать нельзя. Самому сдать Айзена? Если бы он хотел уничтожить его любой ценой – это был бы выход, но хотя он и ненавидел своего капитана очень старой и глубокой ненавистью, он, всё-таки, желал несколько иного. Артефакт достанется Совету-46, и едва ли он сможет этому воспрепятствовать. Сделать всё самому? Он пробовал, пытался... самостоятельно постичь всё то, что было открыто Айзену. Гин пытался пройти этой извилистой тропой тайного, запрещенного знания. Он не смог. Настал день, когда ему пришлось с горечью, сожалением и стыдом признаться самому себе – это превыше его сил, сколько бы он ни пытался. Его разум пасовал перед этой задачей. Единственное что оставалось – утешать себя мыслью о том, что капитан Айзен действительно гениален. Утешение было слабым. Гин снова подумал об Урахаре. Невзрачный и нелепый магазин в мире живых, веер, скрывающий лицо, панама, тень от которой падала на глаза, не давая разглядеть их. Было во всем этом что-то… смутно знакомое, отдаленно напоминавшее ему о спокойном и мягком голосе его капитана, о его внимательном взгляде, пронзавшем насквозь, это было нечто трудно поддающееся определению, нечто такое, от чего веяло ледяной жутью и мурашки бежали по коже. «А ведь этот – действительно может», подумалось вдруг Гину. Было что-то в голосе Урахары, в его спокойствии, в том, что он рассуждал о будущем Айзена на десятилетия вперед как о чем-то совершенно обыденном, словно о том, сколько ложек сахара положить в чашку чая, что заставляло поверить ему. Точнее даже, поверить не ему, а в него. Гин снова вспомнил слова Урахары. «Расслабьтесь и ждите» - даже чувство юмора у него было очень похоже на айзеновское. Он бы ещё сказал «расслабьтесь и получайте удовольствие», - несмотря на безрадостную в целом картину происходящего, лейтенант пятого отряда внутренне усмехнулся этой мысли. Что ж, похоже, именно этим ему и придется заниматься в ближайшем будущем – получать удовольствие, насколько это вообще возможно в его ситуации.

- Что-то случилось, Гин?
- Что вы имеете в виду, капитан Айзен?
- Ты задержался на задании. Были какие-то сложности? Пустых оказалось больше, чем предполагалось, или они были сильнее, чем обычно?
- О, нет-нет, что вы, капитан Айзен. Никаких проблем с пустыми. Простите, боюсь, у меня нет уважительной причины для этой задержки. Просто… так редко удается выбраться в мир живых, что не я смог устоять перед соблазном и немного побродить там после миссии. Исключительно из праздного любопытства.
- И как тебе мир живых, Гин? Нашел что-нибудь интересное?
- Боюсь, что нет, капитан Айзен. Только время зря потратил. Странные они, всё-таки, эти люди.
- Ты прав Гин, порой они и впрямь бывают очень странными. Даже я иногда не понимаю их, - и вновь, как уже не раз бывало во время их разговоров, Гин внутренне вздрогнул. Такое знакомое чувство. Чувство необъяснимой тревоги и опасности. Неужели знает? Нет, не о его визите к Урахаре – уж об этом-то точно знает, нет никаких сомнений. Просто он по-прежнему продолжает играть и издеваться, как и в тот раз, когда рассказал про слабость своего шикая. Нет, неужели и о содержании ответа Урахары он тоже осведомлен? Неужели даже его он просчитал? Или, всё-таки наоборот? Кто из них видит на шаг дальше другого? На кого поставить? Тиски сомнений снова сжали сердце Гина, но он лишь улыбнулся и кивнул в ответ на фразу Айзена.

@темы: Тема 1 "Сомнение", Марафон-2, Айзен/Гин